Украина должна сделать выбор, который определит наш цифровой суверенитет на десятилетия

Как изменилась повестка международных дискуссий

Sovereign Tech Europe 2026 была полностью посвящена цифровому и, шире, технологическому суверенитету ЕС. Конференция зафиксировала фундаментальное изменение риторики еврочиновников. Ключевые тезисы, на которых строились доклады и дискуссии:

• Технологический суверенитет — это часть геополитического вызова. Игнорировать угрозы со стороны США и Китая больше нельзя.
• Начался переход от юридических усилий к созданию ощутимых результатов. Технологии должны быть европейскими — от микроэлектроники до искусственного интеллекта.
• Вся вычислительная база должна находиться под контролем компаний ЕС. Это фундамент суверенитета, без которого все остальное теряет смысл. Облака, дата-центры, фабрики ИИ — объекты особого внимания.
• ИИ — ключевой фактор конкурентоспособности и будущей субъектности ЕС. Сегодня он выглядит скорее как угроза, чем как возможность для Европы.
• Софт и люди. Вопрос в том, как конкурировать с американскими платформами и удерживать технологические таланты.
• Раздробленность Европы не оставляет шансов на эффективную конкуренцию с американскими техногигантами. Необходима панъевропейская концентрация инвестиционного капитала, технологических и управленческих ресурсов.
• Бюрократия убивает инновации, что особенно заметно в сфере ИИ. Либо Европа изменит GDPR, либо ее LLM-модели так и останутся на бумаге.

Программы спикеров производят сильное впечатление, пока не вспомнишь о масштабах инвестиций: десятки миллиардов евро в ЕС против сотен миллиардов долларов в группе американских техногигантов ежегодно. Вероятно, очередная «золотая лихорадка» вокруг ИИ в Америке приведет к обвалу рынка и сжатию мегапроектов — такое случалось не раз. В этом случае у Европы есть шанс не попасть в ловушку инвестиционной гонки, а развивать инфраструктуру, исходя из прагматичных потребностей. Однако есть и такая точка зрения, что мир сейчас находится в стадии инвестиционного суперцикла, при котором совокупные инвестиции в дата-центры и ИИ к 2030 году могут достичь $3 трлн.

О технологиях Open Source и ловушке консьюмеризма

ЕС пытается стать субъектом цифровой геополитики и вступить в прямую конкуренцию с облаками из США, но не имеет соответствующих конкурентных облачных технологий, что является большой проблемой. Чтобы догнать США, Брюссель делает ставку на развитие собственных платформ на базе Open Source. Эта стратегия дает немалую почву для размышлений.

Экономика консьюмеризма предполагает желание получить лучшее за умеренные деньги. Эта установка свободных рынков (Украина не исключение) порождает противоречие между ожиданиями бизнеса и целями государства. На примере облаков видим: более 80% рынка ЕС контролируют AWS, Microsoft и Google. Потребители ценят их функциональность выше, чем европейские аналоги. Ситуацию усложняют гигантские инвестиции «трех толстунов»: львиную долю новых дата-центров в ЕС арендуют именно они.

Чтобы противостоять группе Big Tech, Европа должна действовать быстро. Времени на эволюцию уровня Microsoft нет, поэтому Open Source — единственный вариант.

Стратегическая задача ЕС — изменить расстановку сил через агрессивный протекционизм и разработки за счет налогоплательщиков.

Об ИИ и конце либеральных иллюзий

Самым дерзким вызовом для лидеров ЕС является агрессивная экспансия американских проектов ИИ. Это явление охватывает все уровни: от энергоемких дата-центров и бешеных объемов вычислительных мощностей до непосредственной работы с данными пользователей.

В свете манифеста компании Palantir такая расстановка сил выглядит неприкрытой угрозой. Идея «национал-капитализма», озвученная Алексом Карпом, фактически подводит черту под десятилетиями либеральной модели глобальных рынков.

Речь идет о контроле над цифровым измерением нашего мира. И Европа хочет этот контроль не потерять.

Какие действия предпринимает ЕС?

Много лет ЕС делал ставку на жесткое регулирование присутствия американских компаний на европейском рынке. Мне очень нравится выражение «бумажная цивилизация». Действительно, нормативная база ЕС может быть эталоном для любого бюрократа в мире. Но результат оказался не таким, как ожидалось. Жесткие требования к защите данных и самой деятельности операторов разных цифровых сервисов ударили по своим же компаниям. У них оказалось меньше ресурсов для комплаенса, чем у гиперскейлеров.
 

Вот каких мер требует Европа:

1. Изменение процедуры закупок. Лозунг EU First становится классическим инструментом: бюджетные средства ЕС должны получать европейцы, ограничивая американских конкурентов.
2. Большой заказ для своих операторов. Государство формирует спрос (например, облака для Еврокомиссии — ЕС инвестирует €180 млн в суверенное облако), чтобы «разогнать» рынок собственных операторов до конкурентной скорости и закрепить собственные правила игры.
3. Устойчивое финансирование перспективных разработок: open source ПО, собственные LLM, AI Factories.

Лидером выступает Германия. Там методично создают инфраструктуру для полного перехода на Open Source: единый центр разработки, поддержка, обучение и целевые фонды.

Возникает определенный запрос на региональную сегментацию цифровых рынков. Франция — хороший пример. Посмотрим, что из этого выйдет.

Украинская версия цифрового суверенитета, или почему через 5 лет мы можем стать «чужими» для Европы

Ситуация в Украине похожа на европейскую, но с отечественным колоритом. Исторически у нас никогда не было долгих стратегий: наш принцип — «бери больше, кидай дальше до следующего поворота». Однако запрос на цифровую суверенизацию растет. В этом смысле Украина — это Европа, только бедная, воюющая и изъеденная коррупционной ржавчиной.

Мы находимся в точке стратегической развилки нашего цифрового развития на ближайшее будущее. Цифровая компонента наращивает свою долю и вес в пакете национальных возможностей и угроз Украины. Сегодня Украина критически зависит от американского софта и железа. Основу ИТ-систем наших Сил обороны составляет финансирование стран НАТО, и львиная доля этих денег возвращается техногигантам: AWS, Microsoft, Google, Palantir. Правительство и страна вынуждены маневрировать между нехваткой средств и рисками доминирования американских сервисов (не технологий, а именно сервисов). Вопрос кооперации с ЕС по цифровой автономии, к сожалению, не входит даже в первую десятку приоритетов государства.

Украина должна бороться хотя бы за частичное производство собственных конечных сервисов. Строить свое на базе американских технологий — уже лучше, чем просто потреблять готовый продукт, отдавая всю добавленную стоимость и попадая в полную зависимость. Мы должны создавать собственные «цифровые заводы», чтобы обеспечить контроль над данными внутри страны.

Если Украина и ЕС будут дальше двигаться в выбранных направлениях, то через несколько лет стороны будут все хуже понимать друг друга. Несовместимость технологических стеков и законодательства сделает нас чужими. Это и есть момент выбора: как найти баланс между США и Европой? К сожалению, в национальной стратегии WinWin-2030 ответов нет. Цифровые технологии перестали быть просто бизнесом. ИИ (и не только он) делает их важной частью геополитики.

Без четко очерченной декларации намерений и публично заявленной стратегии в сфере цифрового суверенитета Украина будет топтаться на месте. Если мы выбираем путь вместе с США — платим за их сервисы и забываем об иллюзиях относительно собственной уникальности. Если стремимся в Европу — должны синхронизировать политику с движением ЕС.

Инвестиционные деньги в стране есть, как и готовность их вкладывать, но нет базы для диалога с правительством. DSUA уже предложила концепцию Национальной устойчивой системы обработки данных. Мы готовы действовать, но ждем хотя бы «движения бровью» со стороны государства. Сегодня у меня нет особого энтузиазма относительно нашего будущего. Очень хочется ошибиться.